Ночной полет

Опубликовано в Стихотворения и поэмы


      В брюхе Дугласа ночью скитался меж туч
      и на звезды глядел,
      и в кармане моем заблудившийся ключ
      все звенел не у дел,
      и по сетке скакал надо мной виноград,
      акробат от тоски;
      был далек от меня мой родной Ленинград,
      и все ближе -- пески.

      Бессеребряной сталью мерцало крыло,
      приближаясь к луне,
      и чучмека в папахе рвало, и текло
      это под ноги мне.
      Бился льдинкой в стакане мой мозг в забытьи.
      Над одною шестой
      в небо ввинчивал с грохотом нимбы свои
      двухголовый святой.

      Я бежал от судьбы, из-под низких небес,
      от распластанных дней,
      из квартир, где я умер и где я воскрес
      из чужих простыней;
      от сжимавших рассудок махровым венцом
      откровений, от рук,
      припадал я к которым и выпал лицом
      из которых на Юг.

      Счастье этой земли, что взаправду кругла,
      что зрачок не берет
      из угла, куда загнан, свободы угла,
      но и наоборот:
      что в кошачьем мешке у пространства хитро
      прогрызаешь дыру,
      чтобы сл?з европейских сушить серебро
      на азийском ветру.

      Что на свете -- верней, на огромной вельми,
      на одной из шести --
      что мне делать еще, как не хлопать дверьми
      да ключами трясти!
      Ибо вправду честней, чем делить наш ничей
      круглый мир на двоих,
      променять всю безрадостность дней и ночей
      на безадресность их.

      Дуй же в крылья мои не за совесть и страх,
      но за совесть и стыд.
      Захлебнусь ли в песках, разобьюсь ли в горах
      или Бог пощадит --
      все едино, как сбившийся в строчку петит
      смертной памяти для:
      мегалополис туч гражданина ль почтит,
      отщепенца ль -- земля.

      Но услышишь, когда не найдешь меня ты
      днем при свете огня,
      как в Быково на старте грохочут винты:
      это -- помнят меня
      зеркала всех радаров, прожекторов, лик
      мой хранящих внутри;
      и -- внехрамовый хор -- из динамиков крик
      грянет медью: Смотри!
      Там летит человек! не грусти! улыбнись!
      Он таращится вниз
      и сжимает в руке виноградную кисть,
      словно бог Дионис.

      1962



Случайное фото